ЛИТЕРАТУРНЫЙ КОНКУРС

- Привет старик! Все охраняешь?
Старик в железнодорожной фуражке посмотрел на окликнувшего его мужчину, и сварливо произнес:
- Проезжай, давай, переезд свободен!
Мужчина лукаво улыбнулся старику и сел в заведенный автомобиль. Через мгновение автомобиль тронулся, пересек железнодорожные пути и уехал вдаль, оставляя за собой небольшой столб пыли. Старик внимательно провожал машину, пока та полностью не скрылась с его глаз. Как только каждая пылинка грунтовой дороги упала ровно на то место, откуда и взлетела под колесами машины, старик поправил фуражку на своей седой голове и медленно, прихрамывая побрел в «дежурку». 
- Папа, а кто это был? – не отрываясь от планшета, спросил ребенок на пассажирском сидении.
- Это Викторыч, дежурит тут, уже наверное с пол века.
- Что тут можно охранять? Тут нет ни шлагбаумов ни фонариков, ничего. 
- Я ведь еще ребенком был, наверное меньше тебя, а Викторыч уже дежурство нес. Конечно, тогда все иначе было. Шлагбаум был, как ты говоришь фонарики тоже были на месте.
- Какой-то он злой, - подвел итог пассажир.
- Тут ты не прав. Таких, как Викторыч, по земле ходит с десяток, а то и меньше. Добрейший человек, а ворчит он, от судьбы своей. В долгу она у него, да все никак отдавать не хочет.
- Расскажи, пап! Нам ехать еще долго, а мне очень интересно. Ну пожаааалуйста.
Ребенок отложил планшет в сторону и стал с интересом ждать историю.
- Я ведь и сам из этих мест. Совсем рядом деревня была, там я и провел детство. И Викторыча знаю с самых ранних лет. Честное слово, если бы Пушкин жил в конце 80-х, то в повести «Станционный смотритель» главного героя звали бы не Самсон Вырин, а Викторыч. Слишком уж бракованная жизнь попалась старику. Родился он незадолго до начала войны. Отца он практически не знал. В память о нем осталась лишь пожелтевшая фотография с едва различимым изображением, да похоронка с фронта - пропал без вести. Злые языки в народе всякого болтали, то к немцам перебежал, то союзники его с собой забрали в Америку, то документы убитого товарища себе присвоил, да жил по ним. Однажды, якобы даже видел его кто то из местных, говорит: «Виктор в Омске живет, на рынке торгует платками». Чушь это все, им болтать лишь бы. 
Через несколько лет после войны недалеко от деревни стоял военный эшелон. Там мать и договорилась с машинистом, чтобы взял мальца на паровоз к себе, да обучал. Викторычу тогда и десяти не было. Рассказывали, что он часто вспоминал, как мать в слезах бежала за паровозом. Бежала, бежала, и упала в грязь. Из за горя, так и не нашла сил подняться. И пока состав не ушел, рыдала лицом в землю. Ни один вокзал со своей многовековой историей не видел более трогательного прощания, чем это. И ни разу в жизни, Викторыч не обвинил мать в этом поступке. Он понимал, это было необходимо.
Так и начал Викторыч свою трудовую, железнодорожную деятельность. Связи в то время толком не было, лишь изредка удавалось телеграммку отправить, что все хорошо, жив, здоров. Однажды даже отправил матери черно-белую фотографию, на которой стоял в железнодорожной форме возле паровоза, с подписью: «Не скучай, скоро встретимся!».
Встретиться так и не случилось. Лишь спустя долгие годы Викторыч смог оказаться в родной деревне, где уже не было матери, а лишь покосившийся дом с забитыми окнами. Стоял себе на краю деревни сиротливо, как и сам Викторыч. Не нашлось сил у него покинуть родные места, так и остался он в родной деревне работать дежурным по переезду. Поправил дом, завел хозяйство и женился на первой красавице в деревне, с кем сидел за одной партой с первого класса, пока не уехал в «железнодорожное путешествие». И казалось жизнь ладится, да рано овдовел. Трагическая судьба постигла его супругу. Разжигала печь и плеснула туда керосином, чтобы поскорее разгорелось. Вспыхнуло пламя и обожгло бедную девушку. Неделю промучилась бедняга лежа на больничной койке, затем преставилась. Очень сильно горевал Викторыч. Никто уже и не верил, что вернется к нормальной жизни. Запустил хозяйство, из дома почти не выходил. Любил ее очень сильно и никак не мог смериться с ее потерей. Но спустя время взял себя в руки, восстановился на работу и зажил прежней жизнью, хотя было очень нелегко. Очень! Все время стал проводить на работе. То подкрасит что то, то заборчик поправит. Днями и ночами сидел в «дежурке», как будто чувствовал, что в один миг может изменить судьбу многих. И дождался этого момента.
Однажды ночью слышит, что на переезде заглох бензовоз. Водитель нещадно пытался реанимировать свой грузовик, много ругался и в отчаянии пинал по колесам. Викторыч взглянул на часы и ужаснулся. Совсем скоро должен был проходить пассажирский поезд, с ничего не подозревающими, мирно спящими людьми. Огромная трагедия могла разыграться на этом месте. Викторыч схватил сигнальные петарды для экстренной остановки поезда и выбежал из помещения. Проклинающий все на свете водитель бензовоза, даже и не заметил пробегающего мимо дежурного, а лишь продолжал пинать свой автомобиль в надежде, что тот заработает и крыть трехэтажным матом это «чудо техники». Викторыч бежал по шпалам! «Только бы успеть, только бы успеть», - словно заклинание повторял он. Земля уходила из под ног. Казалось сама природа, сам ветер подхватил Викторыча и проносил над шпалами до спасительного расстояния, а луна освещала путь лучше любого прожектора. Он бежал! Он бежал, как никогда в своей жизни не бежал. Он спотыкался, падал, снова вставал и продолжал бежать. Из разорванной штанины сочилась кровь, но Викторыч совсем не чувствовал боли. Он крепко сжимал петарды в мокрых от пота руках и все время повторял: «Только бы успеть, только бы успеть». Уже вдали были видны фонари приближающегося поезда. Викторыч начал закреплять петарды на рельсах. У него совсем не было времени. Огромными прыжками он преодолевал расстояние для установки петард. Машинист поезда заприметив чужака, начал сигналить незваному на путях гостю. Последняя петарда никак не хотела устанавливаться. «Давай же, черт тебя подери, ставься!», кричал в сердцах Викторыч. Как только последняя петарда поддалась, он отпрыгнул в сторону от рельс. Поезд на всем ходу мчался мимо Викторыча. Послышался взрыв петард. Первый! Второй! Третий! Поезд начал тормозить. Из под колес полетели искры, послышался жесткий скрежет колодок. Викторыч упал без сил. Слезы хлынули из его глаз. Он лежал лицом к земле, и не смел даже взглянуть на поезд, пока он полностью не остановился. Все это время он плакал…
  -… И в заключение хочу сказать, что главное историческое наследие – это люди. Только представьте, сколько таких, на первый взгляд незаметных «человечков» по всей нашей необъятной Родине? В любое время года, пусть это теплый июнь, или суровый январь. В любую погоду, пусть это невыносимый зной или непрекращающийся ливень - они выполняют свой долг. Они не стремятся к славе, к наградам. Не ждут, что о них скажут по телевизору или напишут в местной газете. Они просто выполняют свою работу. Выполняют ее честно.
Учительница дослушала доклад и медленно, пробираясь между рядами подошла к выступающему мальчику.
- Алексей, а как зовут этого дедушку, о котором ты сейчас рассказывал?
Мальчик пожал плечами и с улыбкой ответил:
-Викторыч!

Станционный смотритель
Быков Александр
Работник компании
Западно-Сибирская железная дорога
Финалист конкурса
Призер фестиваля
«ПЕРОн»
Творческий фестиваль «ПЕРОн» приглашает участников